- Она трубку бросит, - буркнул Дикий.

- С чего ей трубку бросать? Это же не я, а ты позвонишь, - Колька несколько смутился.

- Ну, где я, там и ты... Слушай, ты ей вообще алименты платишь?

- Ну, плачу.

- Тогда не страшно.

И оба хором вздохнули.

* * *

- Нась, тебя! - позвала мама. В одной руке у нее была телефонная трубка, в другой - прихваченная с собой, чтобы блин не подгорел, сковородка.

Настя развешивала на змеевике ванной детские колготки и трусики с маечками, стараясь уместить побольше.

- Кто там?

- Мужской голос!

Мама сунула трубку в ванную.

- Алле? - пропела Настя.

- Нась, это я, Дикий. Тут такое дело! Встретиться надо.

- Если это насчет Кольки! - сердито крикнула Настя, но Дикий ее перебил.

- Какой Колька! Я же говорю - дело есть! Мне консультация нужна!

- Чего?! - Настя чуть не выронила трубку.

- Консультация! По вокалу!

- Ты совсем охренел?

- Нет, Настька, я петь не собираюсь, ты же знаешь, у меня голоса вообще никогда не было! - хорошо, что Дикий сразу понял причину ее возмущения, нормального возмущения профессионала попытками тупых дилетантов. - Давай встретимся, в кафе сходим, я все объясню! Хочешь прямо сейчас?

- Какое кафе? Я на этой неделе ни полчасика не могу выкроить, я собственного ребенка целыми днями не вижу! Я кручусь, как белка в колесе, у меня частные уроки черт знает где, у меня руки уже ни на что не похожи!

- Настька, я все понимаю! Ставь чайник, я сейчас буду!

Настя хотела возразить, но услышала длинные гудки. Она вышла из ванной, очень недовольная, и напустилась на мать.

- Ну, почему я целый вечер стиркой занимаюсь, а ты даже не можешь со стола убрать?

- Это, между прочим, твой ребенок! И я не с любовниками по телефону трепалась, а твоего ребенка спать укладывала!